Г. Пурэвбат «Древние чары для освобождения из аркана смерти»

Г.ПУРЭВБАТ: «НАРОД, УТЕРЯВШИЙ СВОЁ КУЛЬТУРНОЕ НАСЛЕДИЕ, ПОГИБАЕТ ПОДОБНО ДЕРЕВУ БЕЗ КОРНЕЙ»

Интервью с Пурэвбатом Б.Хандмы (МОНЦАМЭ)

— Давайте поговорим сначала о том, что такое самобытность монгольского культурного наследия, и как её должно понимать.

— В духовное наследие человечества внесло свою лепту великое множество культур. Та культура, которая носит имя монгольской, создана нацией монголов – людей, родившихся на этой земле – и, являясь вкладом в общемировую человеческую культуру, обладает, как говорится, рядом отличительных признаков. В целом культура подразделяется на две категории – низкую и высокую, и в монгольской культуре обе они представлены. Низкая, простонародная культура сильнейшим образом зависит от жизненных потребностей и нужд человека. Высокая же культура не столь зависима от насущных потребностей существования, она развивает и просвещает в первую очередь дух, ум, и именно она сохраняется в веках.

— Гордиться своим культурным наследием — это одно. Однако понимать его, быть его носителем, распространять его – это уже другое?

— Оттого, что каждый народ, каждая страна придерживается именно своей собственной культуры, проистекают четыре базовых следствия. Во-первых, собственная культура – это основной признак, разграничивающий народы. Одежда, речь, письменность у монголов, индийцев, китайцев – вещи совершенно непохожие. Таким образом, своя культура позволяет ясно различать свой народ и чужой. Во-вторых, гордость за неё становится главной силой народа. В-третьих, это объединительный фактор, народная спайка. Народ, обладающий одной культурой, одной верой, благодаря этому чувствует себя единым, слитым и сплочённым. В-четвёртых, самое важное – наличие собственной культуры цементирует почву под национальным государством, а её отсутствие приводит к краху последнего. Почему исчезли Цинская империя в Китае, американские индейцы? Народ, утерявший своё культурное наследие, погибает подобно дереву без корней. Без прошлого не бывает будущего.

— Не могли бы Вы привести пример того, как наши предки сплачивали народ посредством культуры?

— Когда в 16 веке среди монголов царил разброд, политика Лигдэн-Хутухта-хана основывалась на Ваджраяне – глубочайшем учении буддизма. Будучи знаком со многими культурами, он распространял его, объединяя тем самым монголов, хотя ему волей-неволей приходилось это делать, поскольку это было единственное из всех учение, способное на это. Спаивая воедино монгольский народ, завершив перевод 108 томов Ганджура и 226 томов Данджура, он распространил монгольские народы повсюду. Сейчас под китайской властью живут внутренние монголы. В России – буряты, калмыки, тувинцы. Мы живём в суверенной Монголии. Мы гордимся одной верой, языком, родственными письменностями, мы народ, дышащий одним воздухом, мы братья. Для царства культуры не существует границ. Сейчас монголами поэтому очень интересуются в Западной Европе.

— Каким образом Вы оцениваете нынешнюю постановку вопроса охраны культурного наследия и его влияние на укрепление государственного суверенитета?

— Национальное культурное наследие должно охраняться законодательно, и это должно вытекать из государственной политики. К сожалению, в Монголии мы наблюдаем совершенно другую картину. У нас говорят, что культура нашего народа должна пользоваться равными правами со всеми остальным, и таким образом приравнивают её к ним. Но ведь это убивает национальный иммунитет. В других государствах искусство, история, духовная культура и в целом национальное духовное наследие охраняется, а если выявляются факты его разрушения, принижения или оскорбления, приводятся в действие государственные механизмы на основе их юридической оценки.

Бесценные шедевры культуры называются «материальным наследием». Однако за границей те люди, которые охраняют и сберегают культурное наследие, называются «живым сокровищем», и, соответственно, тоже оберегаются.

Обеспечивая им существование, чтобы они спокойно и дальше могли передавать традиционные знания. Человек, проведший с таким деятелем некоторое время, даже получает диплом, подобный диплому выпускника института, о том, что он овладел его мастерством. Всё это приводит к тому, что народная культура не деградирует, а наоборот, развивается, всё более запечатлеваясь в национальной памяти. Они понимают, что развитие национальной культуры – это наиважнейший вопрос укрепления национального суверенитета.

— Вы постоянно настаиваете, что монголы, монгольское государство должны придерживаться лишь своей собственной культуры. Но, как говорят, наступивший век – это век великих культурных миграций. Как остаться монголом в процессе глобализации?

— Хоть я и монгол, рождённый на этой земле, одна лишь только кровь не делает меня монголом. Как часто нынче встречаются люди, которые хоть и родились на монгольской земле, и в их жилах течёт монгольская кровь, но в сердце переметнувшиеся в чужую культуру, став руками и ногами чужаков на нашей земле. Эта ваша так называемая глобализация – на самом деле ведь война культур. Само понятие «нация» может вскорости исчезнуть. Как осилить эти явления? – на этот вопрос ответ один: наследовать и чтить собственные культурные сокровища. Знание своего происхождения, истории, монгольского письма, и вбирание этого в себя – вот какой мы ставим критерий монгольскости.

— Похоже, что наши современники увлекаются иностранной культурой от незнания и непонимания собственной. Ведь монгольский образ жизни, обычаи и традиции, история и культура поистине неповторимы и неохватны. Какие задачи нужно ставить в процессе донесения их до таких людей, и какие могут быть ошибки?

— На самом деле, литературы, на приемлемом уровне знакомящей с монгольской культурой, сейчас предостаточно. Если задаться целью изучить её всю, то и всей жизни хватит навряд ли. Однако широкой публике доступно лишь малое. Только немного из этого люди могут использовать для удовлетворения подобной нужды – хорошо разбираться в такой литературе могут лишь учёные. Впрочем, для того, чтобы такие сведения становились доступны многим, всего то и нужно, что правильная организация общества и соответствующая политика.

— Какая именно политика?

— В сущности, ничего сложного. Это должно войти в официальные образовательные программы. Или можно привлечь предпринимательство, заставив его выделить помещения для уроков, курсов и кружков. Можно ведь даже обязать пары, намеревающиеся вступить в брак, прослушивать какие-то курсы или программы. В Японии, чтобы сделать человека подлинным японцем, начинают преподавать ему какие-то общие основы уже с детства. Русские на государственном уровне продвигают своё православие. Таким образом, через религию, они пытаются укрепить национальное единство.

— В конце прошлого месяца собиралась конференция по вопросам религии. Говорят, Вы прочитали на ней интересный доклад?

— Международная конференция под названием «Буддизм в Монголии», посвящённая вопросам веры, была посещена более чем 40 видными религиозными деятелями, начиная от голливудского актёра Ричарда Гира, личного представителя Далай-ламы в Америке, и заканчивая делегатом из Бутана. Они интересовались тем, что представляет из себя монгольский буддизм. Откровенно говоря, у большинства из них о нём было ошибочное представление. Они думали, что буддизм у нас практически пропал. Я прочитал доклад на тему «Отличительные особенности монгольского религиозного искусства». Они поняли, насколько эта тема обширна. Но, тем не менее, наш народ, не сумев познакомить с ним мир, в 1937 году уничтожил его. 70 с лишним лет наши культура и вера унижались, а по миру распространялась ложная информация. Но с 1990 года начался новый подъём.

Хорошо поняв эти вещи, мы должны развивать наш язык, культуру и веру, не оглядываясь на других, стараясь лишь для самих себя.

— Монголы внесли весомый вклад в мировую историю систем письменности. Хотелось бы услышать Ваше мнение по поводу монгольского письма.

— Монгольская письменность – это один из великих памятников, созданных монгольским народом, она подобна живому древу. Надо понимать, что она – один из отличительных признаков нашего народа, и величайшая опора нашего культурного иммунитета. Она доказывает исконный суверенитет нашей страны, её принадлежность к великим державам. Очень много стран использует иероглифическую письменность. Все они зависят от китайской культуры. Таковы же стали и тибетцы. Однако монголы, изобретя квадратное письмо, тодо бичиг, письмо соёмбо и ещё свыше десяти систем письменности, внесли тем самым вклад в общемировую культуру. Больше нет такого народа, который бы создал так много письменностей, используя их на государственном уровне, в законодательстве. Это ярчайшее доказательство того, что монголы обладают богатейшей культурой. И мы не имеем право отворачиваться от нашего великого наследия.

— Кажется, немало людей думает, что большинству будет непросто перейти на монгольское письмо…

— Что касается монгольского письма, то всем сомневающимся насчёт этого людям я говорю: ну а мы-то с вами кто такие? И потом: нужно охранять национальный иммунитет от ослабления. Вон во Внутренней Монголии – всё в этом смысле замечательно.

Кириллица связывает нас с прошедшим периодом нашей истории, и политика поэтому должна быть направлена на обратное. Кириллицей вершились страшные вещи для нашей культуры и религии, и в целом был нанесён огромный вред, так что нужно вновь и вновь нам, монголам, очищаться от этого. Но если мы перейдём на монгол бичиг, то все эти грехи с нас спадут. Мы сможем читать Ганжур и Данжур, черпать из кладезя нашего наследия.

— Но ведь монгольское письмо уже вернуло себе официальный статус. Вопрос в том, как вернуть его в межчеловеческий, личный обиход.

— Это должна быть государственная политика.

— Мне едва удалось застать Вас, чтобы поговорить – настолько у Вас много работы и мало досуга. Хотелось бы услышать что-либо о Ваших последних творениях и произведениях.

— Только тем и занимаюсь, что строю храмы и монастыри. Но и книги тоже пишу. Одну интересную книжку написал. Скоро выйдет. Но вам первой расскажу. Человечество более всего страдает от трёх главных вещей: болезней, старости и смерти. На государства и на отдельных людей воздействуют, скажем так, чёрные силы: водка, табак, наркотики, азартные игры, неправильные сексуальные связи. Если сложить объём ввозимого в Монголию и производимого в ней спиртного, то выйдет по 36 литров на взрослого человека в год. Эта цифра достигла опаснейшей величины. В наше время действительной опасностью стали наркотики. И азартными играми увлечены все, начиная от детей и заканчивая зрелыми людьми. Детей одуряют и портят им здоровье компьютерные игры. Это, конечно, не только монгольская проблема, весь мир от этого страдает. Разлагаются правильные взаимоотношения между полами.

Вот об этих ядах, а также о том, как избавить от них людей, впавших в зависимость, я и написал книгу, в которой изложил методы, преподанные нашими предками и учёными мудрецами, а также подробнейшее рассмотрение этих явлений: «Древние чары для освобождения из аркана смерти» (?хлийн цалмаас ч?л??л?гд?х эртний увдисууд) . Думаю, что эту книгу стоит прочитать каждому монголу.Purevbat